Констанс О`Бэньон - Пират и русалка

К удивлению Джуда, Итан заговорил мягко и без всякого гнева:

– Я знаю тебя всю свою жизнь, Джуд. Я знаю, что ты женился на Мэри, не любя ее. Я видел, как ты похоронил вместе с ней свое сердце, потому что тебе не давало покоя чувство вины.

– Предупреждаю тебя, Итан, – больше ни слова о Мэри. Мы оба с тобой знаем, что, если бы я внял тогда ее мольбам и остался дома, она бы до сих пор была жива.

– Нам это не известно, Джуд. Во-первых, у Мэри было слабое здоровье. Я врач и знаю это. – Он сжал плечо Джуда и заставил его поглядеть себе в глаза. – Тебе не понравится то, что я сейчас скажу, и все же выслушай меня, я настаиваю.

– Я слушаю.

– Джуд, я никогда не говорил тебе, но Мэри приходила ко мне спустя неделю после того, как ты отплыл в Триполи.

– Зачем?

– Она умоляла меня дать ей что-нибудь… чтобы избавиться от ребенка.

На лице Джуда выразилось недоверие.

– Я не понимаю.

Он весь как-то сгорбился и поник.

– Неужели она так сильно меня ненавидела, что даже не хотела иметь от меня ребенка?

– Ты никогда не понимал ее, Джуд, разве не так? Напротив, она любила тебя до исступления и не желала делить тебя ни с кем, даже с собственным ребенком.

– Итан, что ты такое говоришь? – ужаснулся Джуд.

– Так вот, насчет вины, Джуд. Когда я отказался помочь Мэри избавиться от ребенка, она пошла к какой-то женщине, и та дала ей то, что она просила. Я надеялся, что мне никогда не придется рассказывать тебе об этом, но теперь я обязан. – Он довольно долго молчал, прежде чем продолжить. – Мэри умерла потому, что снадобье, которое дала ей та женщина, не только убило ребенка, но также отравило и мать. Я знаю, что это правда, так как она попросила своего доктора послать за мной. По-моему, она получила огромное удовольствие, рассказав мне, что она сделала и почему.

Джуд повернулся и подставил лицо порывам ветра, надеясь таким образом избавиться oт подступившей дурноты.

– Боже милосердный, она была сумасшедшей?

– Возможно. Но, выходит, она победила: мертвая, она привязала тебя к себе так крепко, как ей при жизни и не снилось. В своем раскаянии ты закрыл свое сердце для всего и всех.

Джуд так долго не произносил ни слова, что Итан повернулся, намереваясь уйти, но следующие слова друга заставили его остановиться:

– Ты даже не догадываешься, какую тяжесть я носил в своем сердце. Я винил себя в ее смерти, так как был уверен, что она считала меня виновным. Представляешь ли ты себе хоть на мгновение, каково это? Моя душа изранена, и не было дня с тех пор, как умерла Мэри, когда бы я не страдал. И не оттого, что любил ее – напротив, именно оттого, что не любил.

– Я очень хорошо представляю, что ты переживал, ведь я видел, как ты страдаешь, и все же я хранил свою тайну. Пойми, тогда мне казалось, что правду тебе будет вынести еще тяжелее, чем ложь, в которую ты верил. Я ошибался, о чем теперь искренне сожалею.

Джуд взглянул на небо, усыпанное звездами. Годы, прожитые с чувством вины, уходили в прошлое, и он, наконец, ощутил себя свободным.

– Похоже, ни одна женщина не может обойтись без обмана, а, Итан?

– Мне бы не хотелось так думать. Моя мать и сестры – добрые и правдивые, я это знаю наверняка.

– Ну конечно, родные не в счет, – сказал Джуд без тени иронии. – Моя мать была само совершенство. Сомневаюсь, чтобы она хоть раз в жизни подумала о себе. Всегда о других. – Он горько улыбнулся Итану. – Наверное, сын смотрит на свою мать не так, как муж или… любовник.

– Что ты собираешься делать с Доминик? – спросил Итан, решив раз и навсегда покончить с темой смерти Мэри.

– Собираюсь выяснить, что же она так старательно пытается от меня скрыть. И что ей на самом деле нужно на моем судне.

– Джуд, не обижай ее. Мне кажется, она уже прошла в жизни через тяжелое испытание.

Джуд на мгновение закрыл глаза, вдохнул соленый морской воздух и посмотрел на своего друга.

– Боюсь, наша маленькая французская шпионка уже вонзила в меня свои коготочки и держит цепко – Мэри такое никогда не удавалось. Лучше бы ты тревожился о том, как бы она не нанесла мне смертельной раны.

Джуд повернулся и пошел прочь, оставив Итана размышлять над этим неожиданным откровением друга.

17

Доминик была отчаянно влюблена. От всякого, даже случайного прикосновения Джуда ее сердце начинало бешено колотиться.

В эту минуту он сидел за своим столом и делал записи в вахтенном журнале, а она лежала поперек кровати, притворяясь, будто читает, и исподтишка следила за ним.

Джуд удивлял ее противоречивостью своей натуры. Доминик видела его в сражениях, где он в пух и прах громил своих врагов. Не раз наблюдала, как он железной рукой командовал неуправляемой командой и с легкостью подчинял этих людей своей воле. Но вместе с тем она чувствовала в нем редкую нежность, которая переворачивала ей душу.

Почему какой-то коротышка капрал становится императором Франции, а Джуд, с его многочисленными достоинствами, занимается пиратством?

Он оторвал взгляд от стола и улыбнулся ей.

– Ты так пристально на меня смотришь. Что же ты при этом думаешь?

Доминик заложила то место в книге, на котором остановилась, и села, положив руки на колени.

– Я размышляла о том, почему ты избрал жизнь пирата.

Он отложил перо в сторону.

– Неужели? И какой вывод ты сделала?

– Ты очень умный человек, Джуд. Ты мог бы стать кем угодно – кем бы только захотел.

– Это что, один из тех упреков, которые женщина предъявляет мужчине, пытаясь вернуть его на путь истинный?

– Нет, вовсе не так. Просто мне кажется, что ты предназначен для другого. Ведь ты образованный, тонкий человек, ну почему ты стал пиратом?

– А что, это очень прибыльное занятие. – Он подошел к Доминик и сел на кровать. – О тебе ведь можно сказать то же самое. Почему ты выбрала свое ремесло?

Доминик становилось все труднее и труднее изображать из себя проститутку. Ей до смерти хотелось открыть ему правду, но ведь теперь, после всего, что между ними было, Джуд определенно не поверит, будто до него у нее не было ни одного мужчины.

Она старалась не смотреть на него.

– Ты же сам сказал – это прибыльное занятие.

– Однако ты не попросила с меня денег за удовольствие спать с тобой. Почему же?

Ей стало дурно при мысли, что она может принимать от него деньги.

– От тебя мне ничего не нужно.

Он подошел к столу, вынул из маленькой шкатулки золотой и, вернувшись к кровати, бросил его к ней на колени.

– За оказанные услуги.

Джуд не ожидал от девушки такой вспышки. Доминик вскочила с кровати и швырнула золотой через всю каюту. Потом повернула к нему горящие гневом глаза и, набрав в легкие воздуху, почти закричала: